1 апреля впервые в истории Хабаровска состоится шоу толстяков.

Вернее сказать, это будет конкурс толстушек. Как ни старались организаторы “Пышки-99” и “Крепыша-99” привлечь к участию упитанных особ сильного пола, привлекся только один крепыш. Зато дам, самого что ни на есть полного содержания и проявивших смелость предстать перед глазами жюри и нескольких сот зрителей, набралось более двадцати. Целеустремленные барышни (некоторые конкурсантки, чей возраст перевалил за обозначенный в условиях тридцатилетний рубеж, в анкетах писали о том, “что умрут”, если их до участия не допустят) уже вовсю репетируют, отрабатывая походку, номера предстоящего шоу и проч.

А шоу действительно будет ШОУ! Воительницы за высокое звание пышки устроят потрясающее представление с выходом в пляжных костюмах, вечерних туалетах, с номерами а-ля кабаре и танцами типа ча-ча-ча и румба. Захватывающе, короче, и достойно лицезрения. Тем более, что все проистекать будет в ночном клубе “Великано”, где и в обычные вечера скучно не бывает. А организаторы и идейные вдохновители шоу-конкурса толстяков - краевой Фонд поддержки молодых талантов “Звезды Амура” и модельное агентство “Даль Моделс”, вполне справедливо советуют позаботиться о билетах. Желающих полюбоваться на толстушек в самом расцвете сил и возможностей уже сегодня хоть отбавляй.

Мы же в свою очередь учреждаем приз “Молодого дальневосточника”, который вручим 1 апреля в “Великано” той пышке, которая сможет нас обаять. До встречи!

Источник: Молодой Дальневосточник

В конце января в краевую комиссию по правам человека обратился Эйваз Гасанов, председатель общественной организации “Содружество”, с просьбой разобраться с многочисленными фактами преследований азербайджанцев местными силовыми структурами “только лишь за их национальную принадлежность”.

Столь серьезное обвинение, цитирую, в “сплошном” нарушении прав, свобод и законных интересов азербайджанской диаспоры, укоренившейся в крае, требовало выяснения неспешного и непредвзятого. Чем и занялась комиссия, начав серию консультаций и направив запросы в ряд правоохранительных инстанций, низовые подразделения которых, по мнению руководства “Содружества”, были особенно недружественны по отношению к некоренным, так скажем, дальневосточникам. Работа эта еще не закончена, однако в начале недели чрезвычайный интерес к судьбе самого письма был подогрет неосторожным высказыванием на публике представителя правоохранительных органов, упомянувшего среди преступных организаций и вышеозначенное “Содружество”. Как бы невзначай вырвалось…

Так что же в письме? Г-н Гасанов в обиде на местную власть, которая, опять цитирую, пытается “обвинить нас непонятно в чем, в основном, в том, что мы просто существуем на свете, проживаем на территории края, и, занимаясь мелким и средним бизнесом, обеспечиваем рабочими местами достаточное количество русского населения, которые из-за кризисных явлений не может обеспечить работой государство”. Почему-то бизнес наших земляков, продолжает автор письма, не дает покоя некоторым “стражам порядка с большими амбициями”: море обысков, незаконных задержаний, досмотров и даже заковывания в наручники, изъятия (без возврата) ценностей… И куда бы мы ни обращались - в краевую прокуратуру, крайУВД, РУБОП - нет помощи. А последняя капля - обыск в Комсомольском-на-Амуре офисе “Содружества”, устроенный с санкции городского прокурора, с изъятием учредительных документов организации “взамен” так и не найденных “предметов”, добытых преступным путем…”

Кстати, именно через неделю после этого события и появилось в комиссии письмо от “Содружества”.

Картина описанного в письме самоуправства комсомольских милиционеров, освященного прокурорской санкцией, становится несколько иной после комментария этого события Сергеем Сидоренко, начальником краевого управления по борьбе с оргпреступностью: действительно, был обыск, никто не пытается этот факт скрыть. Но - какова была его необходимость, давайте послушаем.

Итак, под новый год в Комсомольске оперативники в одной из квартир по пер. Октябрьскому находят оружие, боеприпасы и сумму в 162 миллиона рублей. “Хранителя” оружия, снабженца хабаровской фирмы “Бахус” гражданина Азербайджана Велиева берут под стражу, в приемник-распределитель за нарушение правил режима доставляют еще троих “гостей края”, но принадлежность изъятой суммы установить не удается. Среди персоналий задержания был и председатель городского “Содружества”, житель Хурбы З. Набиев. Поскольку интересы расследования требовали установить источник возникновения “бесхозной” суммы, возникла необходимость изъятия бухгалтерской и отчетной документации этой общественной организации. Что, по словам полковника Сидоренко, и было сделано, с санкции прокурора города.

Как утверждает сам начальник управления, жалоб по ходу дела на нарушения законности от руководства “Содружества” тогда не поступило. Не было их и во время личной беседы Сергея Сидоренко с Эйвазом Гасановым, которая состоялась после обращения последнего в комиссию по правам человека. Кстати, и конкретных фактов по поводу “нездорового интереса” стражей порядка к бизнесу членов азербайджанской диаспоры (помните, про заковывание в наручники, беспредел с обыском и рэкетом, специально нерасследуемые уголовные дела против “южан”), Эйваз Алиевич почему-то тоже не привел.

Может, был не готов пока к предметному разговору. Но есть еще шанс вернуться - только без “национальных” обобщений - к таким нарушениям на заседании комиссии, которая тему закрывать не собирается.

Кстати, будет небезынтересно узнать на этом заседании такую, к примеру, статистику: только в прошлом году лицами из азербайджанской диаспоры в крае было совершено 284 преступления, из них 24 тяжких, 5 убийств, 11 - разбоев и ограблений, 15 - на счету организованных преступных групп. А если вернуться к вопросу “интереса к бизнесу”, то один только пример - с прошлого октября по нынешний февраль силовики выявили и уничтожили 184 подпольных цеха по производству “паленой” водки. Из них 126 принадлежали азербайджанцам.

Наверное, все они далеки от членства в “Содружестве” и не участвуют в его уставной деятельности, которой, кстати, декларируются другие приоритеты, в том числе защита законных прав не только азербайджанцев, но и лиц других национальностей. Тогда какие могут быть друг к другу претензии? Криминал - он и в Азербайджане криминал.

Ирина Полникова

P. S. Как удалось выяснить редакции, изъятые в Комсомольске уставные документы городского филиала “Содружества” можно получить в любое время. Руководитель филиала об этом уже проинформирован.

Источник: Молодой Дальневосточник

“Двоим в кровать - одному вставать”.

(Народная мудрость)

Многие великие поэты и писатели сравнивали большие города с некими живыми организмами, очеловечивали их. Это очень интересная точка зрения - взглянуть на Хабаровск как на роскошное женское тело, разлегшееся на берегу великой реки. И ведь действительно: мы наблюдаем весь стандартный набор внутренних и внешних органов, характерных для людей. Так, краевую администрацию можно отнести к головному мозгу. Дума и мзрия - тоже думающие органы, что-то вроде грудного отдела позвоночника и, соответственно, копчикового. Имеется также печень - УВД, вылавливающее разные вредные антитела, мешающие нормальной работе организма. Дороги - это вены, ассенизаторские колодцы - поры, а все три ТЭЦ - легкие. Наша женщина бывает холодной и горячей, сухой и мокрой, иногда хворает, иногда уходит в запой и каждое утро просыпается под щекотку дворничьих метелок.

Как и любая женщина, наш город имеет эрогенные зоны. Роль этих точек, несомненно, выполняют бары. В них возбуждаются человеческие страсти, постоянно льются какие-то жидкости, жизнь в этих номерах бурлит до самой полуночи. В барах люди получают удовольствия, и, пожалуй, только благодаря барам организм города можно считать живым.

С начала весны мы все больше пропадаем в городских эрогенных зонах. Все очень просто - весна и возбуждение всегда рядом и друг без друга не могут. У кошек обостряется желание, у психов - патология, а у нас - наш эрогенный аппетит.

В этот раз мы массировали точку под названием “Арго”. Кафе “Арго” является не чем иным, как новой ипостасью старой доброй “Даурии”. Видимо, налоги совсем доконали старушку “Даурию”, раз она решилась на перемену статуса. Но если имя изменилось на малопонятное “Арго”, то внутри все осталось по-прежнему. Строго между нами говоря, “Арго” - это таки кабачок. Причем не из самых худших. Об этом свидетельствуют хотя бы ансамбль и тяжелая полновесная сервировка столов. Да и меню типично ресторанное с полутора десятками видов салатов, кучей горячих блюд и даже парой-тройкой первых, вроде крестьянской похлебки. Разумеется, “Арго” уже ничем не напоминает тот заплеванный гадюшник, каким была “Даурия” в середине 80-х. Теперь зал прямо-таки роскошен, а в интерьере чувствуется даже вкус опытного дизайнера - скатерки, светильники, гардины и разные мелкие детали выдержаны в теплых желтых тонах. Что приятно радует глаз.

Помимо основного зала в “Арго” есть отличный бар. На длинной зеркальной витрине мы насчитали 20 видов виски, коньяков и ромов, примерно столько же разновидностей вина, с десяток - пива, и три-четыре сорта водки. Нас угостили настоящим кофе, а водку подали в матовых рюмашках на деревянных плетеных подставках.

За цены мы скажем прямо - выше среднего. Но, с другой стороны, эрогенная зона в любом случае требует материальных затрат, как выразилась когда-то Чиччолина.

Макс Молотов,

Петр Агафонов

Источник: Молодой Дальневосточник

Мы так увлеклись “стройкой века” - созданием правового государства, что в пылу борьбы за торжество справедливости и равенство всех перед законом, кажется, “догуманизировались” до абсурда. Я даже не про отмену смертной казни, пусть живут. Только вот почему надо пожизненно исправлять разных уродов, и на мои налоги в том числе? Не верю я в эту “эру милосердия”: горбатого, простите, могила исправит, а вор должен

сидеть в тюрьме! В результате же разных реформ в области права любой завалящий зек в нашей стране сегодня

гораздо лучше защищен, чем законопослушный свидетель по делу. Он обязан “говорить правду, только правду и ничего, кроме правды”, а вот если наедут на него разные отморозки, то со своими проблемами он останется один на один.

ПРОСТИТЕ, но у нас не Америка, - это мне говорили некоторые продвинутые адвокаты. Мол, государственная программа защиты свидетелей - прихоть и, если хотите, привилегия обеспеченных стран. Разве мы в состоянии себе позволить такие траты, чтобы ради спасения ключевого свидетеля, после дачи им в зале суда показаний, обеспечить ему полный пансион? Сменить фамилию, биографию, если надо - внешность и переселить его, чтобы с Интерполом не нашли… Что за фантазии?

Сегодня очень многим выгодно, чтобы ничего в свидетельской защите не менялось. Сама же адвокатская братия и признается: “провисшего” свидетеля легче если не запугать, так купить. И делу - конец. Хотя законодательная база (оставим в покое дорогостоящие проекты) для охраны свидетелей в РФ создана: специальными статьями оговаривается уголовная ответственность за принуждение к лжесвидетельству, за запугивание и давление. Но не работает “служба спасения”.

Юрий Кулешов, заведующий кафедрой уголовного права и криминологии Академии экономики и права, в последние годы активно исследующий проблему преступлений против правосудия, привез на днях из Минюста любопытную статистику. Оказывается, за последние пять лет в России по интересующим нас статьям УК было рассмотрено в пользу свидетелей не больше десятка дел. Почему? На его взгляд, есть два объяснения: для ленивых отправителей правосудия до сих пор, оказывается, нет механизма реализации соответствующих статей, для тех же, кто на таких делах уже обжегся, - страх. Что достанут тебя и твоих близких.

На днях в комиссию по правам человека пришло письмо, которое в краевом суде, куда его тоже отправляли, сочли банальным. Так, дамские бредни… А “банальность” заявительницы состояла в том, что та просто просила защитить жену своего сына, на свое несчастье явившуюся свидетельницей убийства двумя наркоманами человека. Суд посчитал поимку одного из них (второй до сих пор в бегах) вполне достаточным для рассмотрения дела и вынес представление для принудительного привода в зал заседания недисциплинированного свидетеля.

Этой процедуре женщину подвергли, приговор вынесли, а на письмо ответили так: в ходе проверки объективных доказательств по факту угроз найдено не было. Понятно, что анонимные звонки к делу не пришьешь. И замеченное “наружное наблюдение”. А скажешь кому - пальцем у виска покрутят: точно, подруга, у тебя мания преследования.

Между прочим, второй убивец-то до сих пор на свободе.

КОНЕЧНО, “накрутить” себя может каждый. К примеру, когда в Некрасовке взяли убийцу двух сотрудников ГАИ, которого по разным хатам, не вывозя из Хабаровска, скрывали его приятели, то оказалось, что делали они это вовсе не “по понятиям”, а чисто из страха. Только одному стало “западло” снабжать его деньгами, оружием и краской для волос - конспирацию мужик соблюдал, а все остальные “ссучились”: как только услышали про пистолет и гранату и что терять тому нечего, так и онемели от ужаса. Чем, кстати, и объясняли потом следствию свое недоносительство.

Когда полтора года назад в зале краевого суда шли слушания по делу о двойном покушении на жизнь сотрудников милиции, включая и зверское убийство участкового Владимира Тафатулина (“МД” писал об этом процессе), то меня больше всего поразили даже не восемь лет приговора с принудительным лечением в зоне (убийца была наркозависимой). И даже не грязь, которой обливали Володю свидетельницы “пострадавшей” - соседки по “шанхаю”, а вызванный для дачи показаний семиклассник. Этот мальчик видел, как из подъезда их дома, вся в крови и с молотком в руках, выскочила молодая пьянь, уселась на заднее кресло такси и преспокойно отъехала. Именно этот мальчик разыскал своего участкового, описал опергруппе внешний портрет пары, показал место, куда было выброшено орудие убийства. Помог, как говорят юристы, доказать первый эпизод.

В зале суда его присутствие было необходимо, но требовалось согласие родителей. Они пришли с мамой, школьной литераторшей. И я видела, какими взглядами провожала их вся гоп-компания.

Может быть, так и надо воспитывать наших мальчиков, чтобы однажды, столкнувшись с чернухой и переборов страх, у них не возникало бы искушения прогибаться перед урками? Только для начала таких мальчиков вырастить надо.

ИСТОРИЯ в Белогорске Амурской области, о которой я хочу рассказать, началась с обычного дела о злостном хулиганстве: молодую учительницу средь бела дня и при стечении народа избил в центре города местный авторитет. Пятикратно судимый Шура Измайлов. Его взяли под стражу, но дело зависло - три доследования, и никакого результата. Если не считать, что свидетельствовать против Измайлова в суде, кроме самой учительницы, оказалось некому. Всех запугали и круто взялись за потерпевшую, подключили “агентов влияния” (качков), ночные звонки, письма с угрозами похитить сына.

Заседаний по делу было несколько, и милиции пришлось брать под охрану не только главное лицо процесса, но и ее сына, и детей судьи - нынешнего начальника юридической службы краевой администрации Михаила Слепцова. Как потом выяснилось, руководила “бригадой” родная сестра авторитета - коллега свидетельницы по работе, тоже учитель. Все угрозы удалось записать, приобщить к делу, голос идентифицировать, и даму прямо в зале суда взяли под стражу. Как и двух “шестерок”, давших под присягой ложные показания.

Вывод? Без поддержки юристов-профессионалов с давлением криминала справиться сложно.

Еще пример приведу в подтверждение. В Индустриальном суде, после печально известного криминального поджога, в результате которого были повреждены 143 уголовных дела, к прочим проблемам вдруг добавилась еще одна. Отказались выходить на процесс по убийствам и прочим тяжким статьям сразу несколько народных заседательниц. Как выяснилось, накануне устроенного пожара в суде был закончен процесс по делу о бытовой поножовщине, со смертельным исходом, виновный получил десять лет. Не успел он еще уйти по этапу из Хабаровского СИЗО, как единственная из давших на суде вразумительные показания свидетельница исчезла и была чуть позже обнаружена расчлененной. Ее кисть подбросили в мусорный контейнер неподалеку от здания суда. И хотя никто из следователей не мог подтвердить четкого умысла оказать тем самым давление на суд, как, впрочем, и доказать факт расправы над свидетелем (убийцу не нашли), заседательницы приняли этот знак на свой собственный счет, придя к председателю суда с вопросом: “Мы с вами, наверное, будем следующими?..”

Конечно, можно было бы отшутиться или всех женщин скопом, ради профилактики, чтобы паники не создавали, сводить на Кубяка, благо рядом. Но со страхом здесь поборолись иначе: охрану в зале суда усилили, участковых настроили на контакт, а все восстановленные в рекордные сроки дела рассмотрели без затяжки. Как рассказывают, переиграли криминал профессионально.

Извините, возразят мне, давайте информацию к размышлению посвежее. Что толку сравнивать “подвиги” недавних дней с нашим новым русским временем: иные нравы - иные деньги - иные возможности.

Соглашусь, пожалуй, если в ранг “подковерных” попадают дела, судьбу которых определяет взамен телефонного права, к примеру, рука Москвы. Есть такой печальный прецедент в производстве краевой прокуратуры. Были абсолютно доказаны хищения бюджетных средств одним из руководителей федеральной структуры, казалось бы - бери материалы и через суд давай оценку местному финансовому гению. Но как быть с тем, что следствие не дождалось помощи от его подчиненных, которые (куда денешься?) продолжают трудиться под началом угодного столице “финансиста”? Кому же хочется быть выброшенным на улицу?

Не потому ли у нас сегодня в таком дефиците раскрытые громкие дела? И чего удивляться, что “упертых” профессионалов среди силовиков с каждым годом все меньше?

Лидия Дьяконова, старший помощник прокурора края, заведующая в этом ведомстве, пожалуй, самым крутым отделом (оргпреступность, бандформирования, заказные убийства), такому торможению дел уже не удивляется. Обидно, конечно, и жалко сил, но… работать надо. И за других, порой.

Вот недавно, чтобы не сорвать очередное (после ряда переносов) заседание краевого суда следователям Дьяконовой пришлось лично обеспечивать явку свидетелей да еще и обеспечивать их защиту. А перед этим все выходные - убеждать людей, что ведь засадить гада надо, и надолго, чтобы запомнил, как в женщин стрелять.

Дело в том, что уже по завершении следствия в прокуратуре стало известно, что “стрелок” наладил из СИЗО связь со своими друганами, причем инструктировал их весьма профессионально. Уроженец Горного (это под Солнечным) какое-то время обретался в краевом центре, подрабатывая по квартирам “продажей” даров тайги. Народ у нас доверчивый, чужое горе редко кого учит, чем парень неплохо пользовался. Звонил в дверь, предлагал купить с рук домашнее варенье, папоротник - со скидкой; понятно, его спокойно впускали…

А на одной квартире он-таки засветился, убив из пистолета хозяйку дома и ранив ее подругу. Слава Богу, женщина выжила и вначале дала полные показания, сумела описать преступника в деталях. А потом, как говорят, ушла “в отказ”.

Когда стали вникать, в чем причина, выяснили: были угрозы. Установили, от кого они исходили. Удалось перехватить и переписку из СИЗО, в которой подследственный прямым текстом склонял к лжесвидетельству мать, свою поселковую братву, даже диктовал, как именно получить ему алиби, что в тот злополучный день он не варенье в Хабаровске по квартирам трелевал, а вовсе даже на дискотеке в Горном тусовался.

КТО ИЗ ПРОФЕССИОНАЛОВ сталкивался с делами “авторитетов” или доводил до суда расследования по уголовным сообществам, подтвердит, что редкое из них доходит до суда без отправки на доследование. Если поверить Юрию Кулешову, на чье мнение я уже ссылалась, все дело даже не в том, что законы не работают, что якобы их недостаточно, а у государства на очередную защитную программу средств не хватает. В каждом уважаемом себя силовом ведомстве уже созданы службы собственной безопасности, себя, родных, защищают, не только, между прочим, от предателей в собственных рядах. Было бы у страны желание, нашли бы, как в рамках таких структур свидетелей оберегать.

Но это - к слову. Так вот, по мнению Юрия Ивановича, причина системного “прогиба” перед криминалом в том, что наш судебный корпус, который, увы, в основном достался нам от “совка”, получив финансовую устойчивость и формальную независимость от всяческого начальства, не обрел независимости настоящей, в том числе и внутренней. Есть в этом что-то безысходное, как будто всех нас приговорили к сорока годам “исправработ” - бродить по пустыне вслед за Моисеем.

Ирина Полникова

Источник: Молодой Дальневосточник

В старые времена был такой жанр краевой газетной публицистики: обзор районных газет. А центральные газеты время от времени обозревали краевые издания. Где мягко указывали на недостатки и учили нас, провинциальных лопухов, партийному уму-разуму. Называлось это ленинской школой советской печати. Но если обозначить явление попросту, то укладывалось оно в рамки известного афоризма: “Ты начальник, я - дурак”. Так вот, я - не начальник, люди, работающие в районках, - не дураки, мнение мое - исключительно приватное, а с какой такой крыши я упала, чтоб возродить ни с того ни с сего похеренный временем жанр обзора, сейчас объясню.

Путешествие в молодость

Недели две назад позвонили мы в одну районку, чтобы взять информацию про коммунистический шабаш, который последователи папы Зю устроили у них в районе, а нам вместо информации по ошибке сбросили опубликованный отчет о том самом шабаше, да такой лояльный, такой верноподданнический - спасу нет. “Вы что, коммунистическая газета?” - удивились мы. “Да упаси Бог! - ответили друзья из глубинки. - Просто так получилось”. Интересно, подумала я, что же это такое у них просто так получается, и пошла полистать подшивки районных газет.

И как будто на машине времени прокатилась: ничего со времен моей молодости, когда я год отработала в “Ленинце” (в народе его, естественно, звали “Брехунец”), не изменилось - та же желтая бумага, те же дореволюционные шрифты и виньеточки, те же унылые заголовки типа “Всю солому в скирды”… Хотя есть и изыски, например: “Что у коровы на уме, то у доярки на языке”, “На крючке, как опарыш” (про наркомана). По-моему, не слабо.

Коммунистической пропаганды, кстати, в чистом виде не очень много, так, взрываются вдруг ни к селу ни к городу отдельные протуберанцы в виде упомянутого отчета или статьи депутата Камышинского “Свет в конце тоннеля”, который обещает вывести избирателей из топкого болота демократии на торную дорогу социализма и наивно защищает товарища по партии генерала Макашова: “Людям просто внушают, что он антисемит, черносотенец и уж, конечно, фашист. Абсурдность обвинений коммунистов в национализме и тем более фашизме очевидна для любого здравомыслящего человека. Полной нелепостью является и ярлык антисемитизма, который на нас навешивают. Достаточно сказать, что в самой КПРФ состоит немалое число евреев”.

Ну, классика: какой же я антисемит, говорит антисемит, если у меня сосед еврей и я его до сих пор не спалил? А “жиды проклятые” все равно Россию продали.

Всерьез на эту тему даже рассуждать противно, а спорить и вовсе ни к чему. Тем не менее две газеты отдали под откровения народного заступника г-на Камышинского по целой странице. Без комментариев. Видимо, согласны с авторской позицией.

Свобода слова - вещь, конечно, святая, но ведь известно, что кто девушку ужинает, тот ее и танцует. А цифры за 1998 год таковы: расходы всех районных газет в крае составили 14 млн 464 тыс. рублей. Сами для себя они заработали 6 млн 745 тыс. рублей (подписка там, реклама, розница, то да се). Убытки равны 7 млн 719 тыс. рублей. Отчасти их покрыла дотация из краевого бюджета в сумме 5 млн 230 тыс. И два с половиной миллиона зависли в виде усеченных номеров, задержанных зарплат и т. д.

“Девушку”, стало быть, заказывали отнюдь не коммунисты, а мы с вами, честные налогоплательщики. Вроде и не сильно дорого, но в условиях финансового кризиса, может быть, не стоит и такими деньгами швыряться?

Бесполезное - вредно?

Поскольку чтение районных газет вызвало у меня полное ощущение путешествия в прошлое - ей-богу, будто на чудом уцелевших заповедных островах социализма побывала, то попутно всплыл и соответствующий ассоциативный ряд. В частности, лозунг самого читаемого журналиста 70-х годов Анатолия Аграновского: “Бесполезное - вредно!” Экономисты ведь давно объяснили, в чем была главная ошибка коммунистов и почему распался Союз. Потому что при планово-убыточной экономике (понятие само по себе абсурдное) в стране существовало примерно 20 процентов предприятий, которые себя окупали и производили продукцию, нужную людям. Им бы помочь, закупить вовремя новые технологии, поддержать жизнеспособное - увы. У нас было принято поддерживать умирающее - чтобы все вместе тихо дышали на ладан и никому не было обидно.

Примерно то же сейчас происходит и с районками. На общем заунывном фоне приятно выделяются несколько изданий: Бикинская газета, Николаевская, “Анюйские перекаты”, “Охотско-эвенская правда” - при слабых технических возможностях она очень интеллигентно выглядит, и материалы разнообразные - про жизнь района, в отличие, например, от Тугуро-Чумиканского “Советского Севера”, где два номера подряд всю газетную площадь занимает речь В. И. Ишаева “О социально-экономическом положении края”. Зачем же так лоб расшибать? Не сталинские, кажется, времена, чтобы речь губернатора слово в слово публиковать, хватило бы и двухсот строк изложения. Тем более, следующие два номера отданы под перепечатку из “ТОЗа” - “Бэтмен летает в тайге”. Ну потрясающе интересная, а главное, злободневная и нужная газета!

Зато в Амурске, где все предприятия остановились, народ не получает зарплату и жизнь вроде бы замерла, тираж “Амурской зари” растет со страшной силой - уже 12, 5 тысяч расходятся без возврата. Это в самом деле много. Люди, что называется, в бутылке пива себе отказывают, а газету покупают. Потому что интересно.

Вот эти несколько районок и поддерживать бы материально, и зарплату сотрудникам приличную платить, и компьютерами оборудовать: уж если вкладывать во что-то деньги, так не зря, а с отдачей. Но у нас, оказывается, все по-прежнему делается по-советски: умирающим не дают умереть, им из бюджета перечисляют денег больше, чем тем, кто борется за жизнь. Что, на мой взгляд, неразумно.

Политический момент

Про пользу и бесполезность, безусловно, можно долго спорить. Какая, например, польза от картины на стене? Правильно, она дырку на обоях закрывает. А если не закрывает и вообще - страх смертный? Все равно почему-то нельзя снимать: людям, говорят, без нее неуютно будет. Они к ней привыкли. И вообще, в большинстве районок сотрудники старенькие, куда их девать? Я так банально полагаю - на заслуженный отдых.

И вместо 19 газет оставить, скажем, 8 или 9 - по одной, самой толковой, на несколько районов. Сколько денег сэкономится, а главное, те, кто победят в конкурентной борьбе, станут полноценными изданиями - с корреспондентской сетью, современным оборудованием, самыми работоспособными журналистами и проч. По-моему, рациональное решение.

Конечно, есть еще и политический момент. Будут выборы в Думу, будут президентские и губернаторские выборы. Понадобятся трибуны - чем больше, тем лучше. Но тут, пожалуй, уместно вспомнить про “девушку, которую танцуют”. Она себя как-то странно ведет, эта девушка. На других зачем-то засматривается, ветреница. Вот, например, чудная заметка из “Вяземских вестей”. Про Валентина Евгеньевича Цоя. Называется “Депутат Госдумы в Вяземском”: “Предвыборная кампания уже началась. Депутат рассказывает о своей программе убедительно. Уже к августу 1999 года обещает построить 12 тысяч квартир по стране. Может быть, что-то будет найдено для вяземцев и хабаровчан… Кроме того, В. Е. Цой привез цветные фотографии, где он запечатлен с известными личностями - А. Лебедем, Ю. Лужковым, Г. Зюгановым, Г. Селезневым и др. В общем, много чего хорошего рассказал депутат Госдумы на встрече с журналистами”.

Ой, как трогательно - Валентин Евгеньевич, оказывается, к большим людям вхож - не хухры-мухры, и пообещал, что “может быть, что-то и для вяземцев найдется”. А может быть, не найдется. Но люди наивны и доверчивы - наверное, весь район пойдет за него голосовать.

Край непуганого социализма. Кажется, как говорили классики, самое время пугнуть.

Александра Николашина

Источник: Молодой Дальневосточник