Особенности национальной охоты на гангстеров - 2

Так назывался материал, опубликованный в “МД” в ноябре 1996 года. Он состоял из трех частей, как бы из трех серий, поскольку главный герой, матерый рецидивист Вячеслав Лепницкий успел виртуозно “наследить” в трех краях: Красноярском, Приморском и Хабаровском. Я, как лицо заинтересованное (зря, что ли, живописала похождения криминального гения?), с нетерпением ждала суда: очень хотелось знать, чем дело кончится и каким сроком - а возможно, высшей мерой, мятежное сердце успокоится. Ничем не могу порадовать читателей: с 96-го года дело с мертвой точки не сдвинулось.

Для тех, кто не в курсе, вкратце напомню содержание предыдущих серий.

Итак, 30 апреля 1990 года Вячеслав Лепницкий, вор-рецидивист с большим стажем, бежал из колонии-поселения под Красноярском. С собой он припас продукты, нож, две звездочки (такое холодное оружие, как у ниндзя) и пистолет с деревянной ручкой, от которого впоследствии отрекся - сказал сначала, в тайге нашел, а позже - на катере. Из-за этой неясной детали дело несколько раз потом возвращалось на доследование. Через месяц его задержали начальник колонии Александр Мызь и старший сержант Андрей Кудрин. Лепницкого, разумеется, обыскали, изъяли нож и две звездочки, а пистолета, спрятанного в носке, под штаниной, по версии следствия, не заметили. Наручников не надели и даже руки по доброте душевной (а официально - по халатности) не связали. Начальник колонии нашел катер и поручил Кудрину отконвоировать задержанного в колонию. Катер отвалил от берега, Кудрин задремал, и тогда Лепницкий выхватил пистолет, якобы найденный в каюте, и выстрелил в сержанта. Кудрин бросился вон из каюты, на палубу, прислонился к перилам, не удержал равновесия, упал за борт и утонул. Но в итоге Лепницкий все равно оказался в руках властей. Его отправили в Красноярск, в СИЗО-1. Оттуда он бежал, назвавшись на перекличке чужим именем. В суматохе пересылки гангстер оказался снова на поселении и, разумеется, немедленно слинял в неизвестном направлении, а правоохранительные органы вновь остались в дураках.

Два года Лепницкий где-то прятался, но в 92-м году след его отыскался в поезде “Владивосток - Комсомольск”. Там он устроил поножовщину, избил проводницу, ранил двух человек и был задержан транспортной милицией города Уссурийска. Лепницкий назвался чужой фамилией, был выкуплен родственниками под залог, а через неделю после его освобождения выяснилось, что этот человек - опасный преступник и находится в розыске… Все схватились за голову, но было поздно.

Прошло еще два года. Лепницкий обосновался в Хабаровске, занялся коммерцией и мог бы заниматься ею по сию пору, если бы не последующие бурные события. Сначала он устроил дебош в ночном магазине “Бриг”: обиделся, видите ли, на охранника и всадил в него две пули. Тот по счастливой случайности выжил. Лепницкого не поймали.

Через месяц Вячеслав с братом Игорем сидели дома на конспиративной “хазе”, когда к ним в дверь позвонили два милиционера из Индустриального РУВД - лейтенанты просто обходили свой участок в порядке профилактики. В ход пошли нож и пистолет, в результате оба милиционера были ранены, а братья сбежали. Игоря, правда, вскоре поймали и осудили, а с Вячеславом дело оказалось сложнее.

Его задержали только через год, когда он снова наскандалил в магазине: напугал девчонку-продавщицу пистолетом, разбил витрину, попытался скрыться, но не успел: охранник магазина, следивший за ним, остановил патрульную машину и указал на вооруженного хулигана…

То, как бездарно ловила и бесконечно упускала крутого уголовника наша доблестная милиция, это - одно дело. А то, как движется правосудие, - совсем другое.

Еще тогда, в 96-м, я писала: “Когда будет суд - неизвестно, потому что вызвать 36 свидетелей и потерпевших из трех краев - Красноярского, Приморского и Хабаровского - практически невозможно. Кто-то, к тому же, живет в Петербурге, кто-то - на Украине. Судебное слушание обойдется примерно в миллиард (в старых ценах - А. Н.) - где ж такие деньги найти? Грозит Лепницкому либо высшая мера, либо пожизненное заключение, поэтому суда он может ждать хоть всю оставшуюся жизнь. Тоже абсурд, если вдуматься, хоть и из другой оперы”.

Ох, боюсь, опера у нас повсюду одна и та же, и имя ей - Российская держава. В которой денег нет не только на судопроизводство, но и на зарплату шахтерам, учителям и тем же милиционерам. А месяцы и годы между тем бегут, Лепницкий томится в изоляторе (где мимоходом успел изувечить еще одного человека), дело его, как теннисный мячик, летает от суда к прокуратуре: то подробности с пистолетом - найденным на катере или спрятанным под штаниной - выясняются, то личность устанавливается - на одной странице дела машинистка, условно говоря, напечатала Лепницкий, на другой - Липницкий…

Я понимаю, в таких делах пустяков не бывает. Я абсолютно согласна с судьей В. Головизиным, что никаких неясностей и двусмысленностей в судебных разбирательствах быть не должно: преступнику нужно доказать - вина его несомненна и неопровержима. И пусть он сам с этим согласится. Кто бы спорил?

Но денег на оплату дороги свидетелей как не было, так и нет. Возможно, их найдут к нынешней осени. Тогда состоится суд. А если не найдут, то, как нетрудно понять, не состоится. Тогда дело снова уйдет на доследование. И будет так ходить, ходить туда-обратно…

Пока Лепницкий не скончается от старости в следственном изоляторе или не сбежит в очередной раз. И сериал про него станет бесконечным, как “Санта-Барбара”.

Александра Николашина

Источник: Молодой Дальневосточник