Иди, Веничка, иди…

В пятницу в Хабаровск прилетел из Москвы Сергей Семенов. Как и обещал год назад - чтобы устроить смотрины своей новой работы: он оформил для издательства “Вагриус” Веничкину поэму “Москва-Петушки”. Презентация пройдет в СКВ-галерее.

А мы опередим события и предложим вам “прогуляться”по семеновской графике. Дело в том, что саму книжку, появившуюся на свет мизерным тиражом в 7 тысяч экземпляров, мы держали в руках едва ли не первыми в нашем городе. Как только директор СКВ-галереи Константин Жуков получил ее с оказией из столицы и привез к нам - во временное пользование - с тайным умыслом, чтобы мы, выражаясь по Вене, “заморгали от горя всеми своими подмышками”. И своего добился: мы экземпляр полистали, повздыхали над ним, что возвращать нужно, а купить - проблема, и впали в легкий транс.

От такого облома по жизни спасла бы “Слеза комсомолки” или, на крайний случай, “Поцелуй тети Клавы”, кто не знает, о чем речь, отсылаем к первоисточнику. Чтобы не ошибиться в рецептах, если решитесь принять этот “букет” на грудь.

Трезвенникам и язвенникам есть предложение не наливать. Им эта книжка - не в кайф. Не ляжет. А надо, чтобы хорошо пошла. А так, когда нельзя, а очень хочется, до злобства - один шаг. Не нужно этим Веничку огорчать, ему и при совке хватило от тех, кто не понимал его приколов. Что подрывал устои, разлагал мораль, книжку свою гнусную напечатал в городе Париже. Нет бы осознать свою писательскую миссию и вместе со всем советским народом объявить пьянству - бой. А он не объявлял, и ведь до чего договорился в своем беспробудстве! Что, мол, наш самый, ясное дело, читающий народ в мире отчего это умер Пушкин - точно не знает, а спроси, как очищается политура, всякий расскажет.

Святого бы хоть не трогал…

Или гнусный поклеп на демократов, из той же оперы. Те - по Веничке - “не разбудили” Герцена просто потому, что с утра были не в состоянии… держать свое жабо на отлете. И далось оно ему, это жабо! А цилиндр композитора Римского-Корсакова чем, спрашивается, так достал? Чтобы на целые полторы страницы да с такой обидой за беднягу Мусоргского. Ну держал Николай Андреевич свой цилиндр на отлете, типа снимал шляпу перед гением Модеста Петровича. После того как выдернет того из злачного места, устыдит, и без опохмелки - за стол, “Хованщину” дописывать. Жестоко, конечно, по Веничке человечнее было бы сначала налить…

Семенов - того же мнения.

Ирина Полникова

Источник: Молодой Дальневосточник