Дядя “Стукач”

Филька сегодня злой - утром я отобрала у него огурец. Неужели мой сов становится травоядным? Зачем ему огурец, спрашивается? Да не нужен он Филимону вовсе. То есть для еды не нужен. А вот покусать, побросать куски, да об пол пару раз шмякнуть, чтобы и памяти об этом несчастном огурце не осталось, это всегда пожалуйста! Успела, правда, на этот раз я вовремя, отобрала у Фильки “игрушку”, отругала его, а он на меня обиделся. Распушился весь, клювом клацнул, сидит и урчит. Ну все, думаю, сова - птица злопамятная. Филимон обязательно мне отомстит. И “мстя” его будет ужасной - мало мне наверняка не покажется. Открываю дверь своей комнаты, осторожно оглядываюсь по сторонам - нет ли поблизости Фильки? Вроде бы нет, но… Сидит, наверняка, где-нибудь в засаде, меня подкарауливает. Делаю еще шаг - и… вылетает мне навстречу маленькая мохнатая фурия. Летит на меня, прямо в глаза смотрит и издает вопль, похожий на индейский боевой клич - посторонись, мол, а то по стенке размажу! Только я успела шаг в сторону сделать, оглянулась - а он уже обратно летит. И вопит еще громче. И ведь знает, что отойду с его пути. Мне-то что, если Филька в меня врежется - ну, максимум, шишку получу. Я-то больше его. А Филимон, балда такая, может сотрясение мозга заработать. Лечи его потом… Вот и приходится уступать дорогу - для его же безопасности, чем Филя, бесспорно, и пользуется.

Сегодня гость нашей рубрики - Александр Иваненко, который держал дома дятла (возможно, не столь охочую до проделок, как мой Филька, птицу, но столь же шумную и деятельную).

“Детство мое прошло в приморском поселке. Поселок находился рядом с лесом, и у многих моих друзей в качестве домашних животных обитали лесные зверушки: у кого - белочка, у кого - ворона. У меня же до некоторых пор никого не было. Вот друзья и сговорились подарить мне на день рожденья какого-нибудь зверька. И вот наступил долгожданный день. Я надеялся получить какой-нибудь необычный подарок. И получил… В небольшой клетке мне принесли дятла. Он был весь пестрый, черно-белый, с красным небольшим хохолком. Это был даже не взрослый дятел, а скорее подросток. Меня он совершенно не боялся. Мне было жалко держать птицу в клетке, и я выпустил ее в комнату. И началось такое! Дятел, я назвал его Дядей, развил бурную долбящую деятельность. Дядя долбил все, на что падал взгляд его глаз-бусинок. Все это сопровождалось сильным шумом, который не приносил радости никому, кроме меня. Через неделю моя мама бегала с тряпкой за Дядей и кричала: “О, моя мебель! О, бабушкина картина! Убирай немедленно свое чудовище!” На что я со слезами в голосе отвечал: “Мама, но ему же нужны жучки! Они в дереве водятся, вот он и долбит!” С какой стати жучки должны водиться в мебели - эта мысль мне в голову не приходила. Чтобы мама не ругала Дядю, я приносил ему из леса коряги и небольшие пеньки для долбежки, которых, впрочем, ему хватало ненадолго. Скоро очередной обрубок дерева ему надоедал, и он вновь принимался за мебель.

Ел дятел все (очевидно, жучков в мебели все же не было) - семечки, яйца, кашу, ягоды и даже мясо - в общем, почти все то, что я ему мог предложить. Еще я часто приносил из леса шишки, на которые мой Дядя набрасывался с жадностью. Он пристраивал шишку на шкафу, сам каким-то образом цеплялся сбоку, опирался на хвост и начинал вытаскивать семена. Размера, кстати, Дядя был не маленького - сантиметров двадцать.

В общем, держать дятла дома было хлопотно. Моя комната напоминала мастерскую: на полу везде лежали как будто опилки (итог деятельности Дяди), почти вся мебель имела неприглядный вид, я постоянно скандалил с родителями. Но водворить птицу в клетку - нет, это было выше моих сил. Продолжалось это почти год. А весной Дядя улетел - может, пришла пора создавать дятловую семью”.

Да-а… Бурная деятельность Фильки все же не так разрушительна, как деятельность дятла. Трудно дятлов дома держать. Может, и вовсе не надо. Заведите себе лучше какую-нибудь более спокойную птичку, например, попугайчика. Мебель целее будет…

Татьяна Чурсина

Источник: Молодой Дальневосточник