Ночной взрыв на корме “Надежды”

27 июля примерно в 3 часа ночи у причала яхт-клуба затонула крейсерская яхта “Надежда”, принадлежащая заместителю командующего Восточным округом внутренних войск генерал-майору Михаилу Никифоровичу Лагутько. К утру над водой торчал лишь нос судна. Причем, яхта потонула не сама. Это выяснилось, когда “Надежду” вытянули на сушу.

С первого взгляда стало понятно, что дело здесь не чисто - в корпусе судна почти напрочь отсутствовала корма. Да и развороченные борта задней части корабля наводили на совершенно определенные мысли.

На место происшествия съехалось немало милиции и специалистов - подозревали, что яхта была взорвана. Слово оставалось за взрывотехниками. Спецы сделали анализы. И пришли к заключению, что в кормовой части яхты действительно что-то взорвалось. Загорание топлива было исключено - яхта заправлялась солярой, да и бак после взрыва остался целым.

Некоторый свет на события пролил сторож, дежуривший в яхт-клубе в ту ночь. Около в 3 часов ночи, сидя в будке, расположенной примерно в 100 метрах от места стоянки “Надежды”, он услышал какой-то хлопок. Разумеется, сторож тут же выскочил на улицу, однако ничего подозрительного не заметил. Все яхты, в том числе и впоследствии затонувшая, стояли на приколе, и никаких следов чьего-либо присутствия не было. Охранник не заметил ни лодки, проплывавшей по затону, ни человека, прячущегося среди кораблей. Лишь позже, когда потонула крейсерская яхта, сторож связал ночной хлопок с “Надеждой”.

Анализы, собранные на поднятой из воды яхте, позволяют утверждать, что источником взрыва была ручная граната, заброшенная в кормовую часть. Во всяком случае, отталкиваясь от обратного, эксперты не нашли следов того, что граната была установлена рядом с машинным отделением.

Как сообщили в яхт-клубе, владелец яхты, о чине и положении которого там прекрасно осведомлены, построил ее сам. Один из яхтсменов, с которым удалось переброситься парой-тройкой слов, оценил взорванную яхту минимум в 7 тысяч зеленых. Так что у замкома есть все основания требовать возбуждения уголовного дела по факту причинения имущественного ущерба в крупном размере.

Если только в процессе следствия не выяснятся более серьезные мотивы.

Валентин Зарубин

Источник: Молодой Дальневосточник