Некрофил: второе пришествие

16 декабря, в 2 часа дня, одна женщина наткнулась случайно в овраге на улице Демьяна Бедного неподалеку от Памятника партизанам на труп десятилетней девочки. Она лежала в снегу без колготок и без трусиков, что, конечно же, сразу навело опергруппу, прибывшую по тревожному вызову, на мысль об изнасиловании. И хотя результатов гистологической экспертизы еще нет, эксперт предположил, что ребенка изнасиловали либо в момент смерти, либо сразу после нее. Задержанный через некоторое время преступник подтвердил его предположения: девочку он сначала задушил, а потом изнасиловал. Таня, назовем погибшую так, жила на этой улице. Родные ее не искали.

Не искали ее и в школе - Таня не появлялась там уже полтора месяца. К тому же прогуливала уроки не в первый раз - учителя устали взывать к совести мамы. Это было бесполезно - мать спилась настолько, что только через два дня поняла: ее ребенка убили. А так все время находилась в невменяемом состоянии и на вопросы следователей не реагировала. Была у Тани и старшая, семнадцатилетняя сестра - наркоманка. Ей тоже было не до сестрички. Обстановка, в которой росла девочка, была, короче, удручающей. И на Таню, к сожалению, не могла не подействовать: она в свои десять лет уже могла выпить водки, уходила из дому, а один раз даже прибилась в притон к каким-то проституткам. Они сами привели ее домой…

Убийцу и насильника задержали через 10 дней. Им оказался хлипкий 20-летний наркоман Н., нигде не работающий и не учащийся. Классический преступный тип: ни один человек из его окружения, ну просто ни единственный не смог сказать о нем ничего хорошего: ни бывшие армейские командиры, ни учителя, ни родители, ни собутыльники… Из батальона армейской милиции на БАМе, где преступник недавно служил, он много раз сбегал в самоволку, даже дезертировал один раз, наркоманил, безобразничал. Учителя в школе перекрестились, когда он наконец ее покинул. Родного отца замечательный сын обокрал на следующий день после убийства девочки. А через несколько дней, пока сыщики за ним гонялись по городу (он уже числился главным подозреваемым), ограбил и едва не насмерть зарубил топором друга - милиционера из вневедомственной охраны. Еще неизвестно, выживет тот или нет.

Дело вели оперативники из Железнодорожного РУВД Константин Ежик и Игорь Рубан и следственная группа Хабаровской городской прокуратуры, которую возглавила старший следователь Эмма Шац.

Версии с самого начала было две: к убийству и изнасилованию причастен либо друг матери Тани, либо дружок ее сестры-наркоманки. Потом, правда, мелькнул еще какой-то маньяк, пристававший к женщинам в подъездах в этом районе. Но - не сошлось. Не он. Первым задержали друга матери. Через три дня пришлось отпустить - тоже не он. Остался только друг дочери, который скрылся из дома, адреса, разумеется, никому не оставил, и отыскать его в большом городе было очень непросто. Оперативники отлично поработали - это им досталась вся беготня по отработке версий и задержанию преступника.

Что с ним было, зачем он убил ребенка и надругался над мертвым телом Н., разумеется, не помнит (нет, сам факт в памяти сохранился, но вот зачем он это сделал - ответить трудно) - находился в состоянии наркотического опьянения. Зато отлично помнит, как обокрал папашу, как пришел потом к приятелю-милиционеру, как вместе пили водку, как среди ночи ему пришла в голову мысль ограбить квартиру, а друг вдруг возьми на свою беду и проснись, за что и получил несколько раз топором по голове… Потом Н. скрылся в поселке Мирном - неподалеку от Хабаровска. Приютила его малознакомая девушка. У нее он рассчитывал отлежаться, переждать какое-то время и продать вещи, украденные у отца и друга.

Хорошо, что наши сыщики хорошо работают.

Первые признательные показания Н. дал очень подробные и правдивые: когда, кого, почему… Сейчас начал запираться. “Ему стало неловко, - говорит Эмма Шац, - что он изнасиловал мертвую”. Ну вот, неловко, понимаете? Другое бы дело - живую. Причудлива логика маньяков и извращенцев.

Кстати, это второй случай некрофилии в Хабаровске. Первый тоже произошел в Железнодорожном районе лет десять назад. Тогда двое солдат, сбежавших из армии, сначала убили, а потом изнасиловали 70-летнюю старуху, сторожиху кладбища.

Следствие еще только началось, психиатрическая экспертиза пока не проводилась, вменяем был подозреваемый в момент убийства или нет - предстоит сказать специалистам. Но все-таки, чтобы в 20 лет стать законченным преступником, нужна какая-то веская причина? Какая-то психологическая травма в детстве? У преступника есть еще брат-близнец, вполне нормальный парень - работает, ни в чем дурном не замечен. Однако, говорят, отец в этой семье отказался от детей, сказал - они мне не родные. И ушел, когда Н. еще учился в школе.

Неужели так мало надо для злодейства?

Александра Николашина

Источник: Молодой Дальневосточник