Каждый правый имеет право…

График полуторадневного визита Сергея Кириенко в Хабаровск носил сверхнапряженный характер - встречи со студенчеством, с губернатором края и мэром Хабаровска, записи в радио- и телестудиях, презентация программ “Культурные герои ХХI века” и “Золотой кадровый резерв”. Поэтому усадить его в кресло, чтобы обстоятельно, глядя глаза в глаза, побеседовать об удачах и неудачах в политической карьере нового объединения правых и его лидера, оказалось невозможным. Предлагаемое вниманию нашего читателя интервью с экс-премьером - не плод кабинетной беседы, а результат игры в вопросы и ответы по ходу “пьесы”, которую ставил визитер.

МЭР КАКИХ-ТО ТАМ ЛУЖКОВ

- Сергей Владиленович, 11 ноября вы были зарегистрированы кандидатом на пост мэра Москвы. Кандидатство в мэры - что это: белый пи-ар для номера один в списке “Союза правых сил” или серьезное намерение стать градоначальником столицы?

- Это серьезное желание доказать, что предлагаемая нами модель управления эффективней, чем номенклатурный, чиновничий капитализм. И доказать это нужно как раз в Москве, где этот капитализм сильнее всего. Это абсолютно серьезно. Я точно знаю, что я докажу, на примере Москвы, что управлять Москвой можно гораздо эффективней. Что так, как это делается сегодня, в системе номенклатурного капитализма, - это неправильно, нецелесообразно, неэффективно и невыгодно. Кого же москвичи выберут мэром - это их дело.

- И все-таки, каковы шансы стать мэром у Сергея Кириенко?

- Я оцениваю эти шансы как приемлемые. Естественно, что у Лужкова их больше. Борьба в Москве - это не только борьба за пост мэра города. Это борьба за будущее России. Потому что тот основной спор и тот выбор, который нам предстоит 19 декабря, это выбор между дальнейшим развитием страны и сохранением той системы, которая сегодня называется номенклатурным, бюрократическим капитализмом, где чиновник - главный предприниматель. Сидя во властном кресле, он использует свои рычаги власти, данной ему государством, не для того, чтобы для всех создавать равные возможности, а для того, чтобы конкурировать с предпринимателями. То есть занимается бизнесом. А бизнес, чтобы существовать, должен искать себе “крышу” в той или иной властной структуре. Где чиновник же и главный политик, создающий бесчисленное количество партий власти. Вот в этом - основной спор с Лужковым. Москва - витрина номенклатурного капитализма, и, значит, наш спор будет там. На следующей неделе мы проведем пресс-конференцию, на которой представим экономическую программу развития Москвы. Это - в принципе - та программа СПС, с которой мы идем на выборы. Просто она применена к одному городу. Городу с максимальными возможностями. На этом примере мы покажем, насколько меньше Москва может тащить со всех остальных регионов.

- Вас не смущает ежевоскресная травля Лужкова Доренко, в контексте вашего противостояния московскому же мэру?

- Если бы Доренко никто не стал слушать, я вас уверяю, что ОРТ, как коммерческое телевидение, завтра же изменило бы политику. Но когда после всех этих довольно мерзких сюжетов количество людей, которые смотрят в этот момент ОРТ, увеличивается - чему мы потом удивляемся? Можно подписи собирать в знак протеста - но ведь смотрят же! Пресса дает то, что мы хотим смотреть, читать, слушать.

- Но в связи с фигурой Доренко местные, например, депутаты заговорили об ограничениях на деятельность СМИ.

- Нет, свобода прессы нужна. Я категорически против того, чтобы какой-либо чиновник указывал: это можно показывать, а об этом не стоит писать. Не дай Бог! Я считаю - чиновник должен нести ответственность за давление на средства массовой информации. Иначе это - не “четвертая власть”. Если государственный чиновник звонит судье и требует от него определенного решения, то заводится уголовное дело. А когда чиновник звонит редактору и требует публиковать или не публиковать тот или иной материал? Это тоже должно быть уголовным делом. Надо защитить СМИ от давления власти, но не нужно защищать от собственной совести.

ПРАВЫ ЛИ ПРАВЫЕ?

- “Союз правых сил” - это блок, за спиной которого стоит Анатолий Чубайс…

- Почему за спиной? Не за спиной, а рядом. Он - официальный начальник штаба.

- Но даже аналитики конкурирующих с вами объединений отмечают, что если бы Чубайс был в списках СПС, то это была бы гарантия получения на выборах до семи процентов голосов. Чубайса нет в списке. Чем это объясняется?

- Потому что он работает в РАО ЕЭС. Потому что мы не считали нужным заниматься враньем - включать в список людей, которые не будут работать в Государственной думе. А Чубайс сегодня и с точки зрения его самого, и с точки зрения целесообразности, как прекрасный управленец - глава РАО ЕЭС. И слава Богу.

- Сегодня все предвыборные блоки с чем-то борются: коммунисты с “преступным оккупационным режимом”, “Яблоко” - с олигархическим капитализмом, вы вот - с номенклатурнымѕ - Олигархический и номенклатурный капитализм - это одно и то жеѕ

- А может быть, избиратель устал от борьбы и жаждет простейших лозунгов, типа тех, которые озвучивает премьер-министр Путин? “Мочить террористов в сортире”, к примеру.

- Не надо считать людей дураками. Лозунг “мочить” - конечно, хороший лозунг, для каких-то целей вполне приемлемый. Кстати, действия Путина в Чечне я поддерживаю. В той части, которая касается безопасности, создания зоны безопасности. Но я, например, считаю бессмысленным штурм Грозного. Потому что никто не может объяснить, зачем он нам нужен. Что мы с ним делать-то будем? И политическую проблему Чечни одними силовыми методами не решить.

А что касается простых лозунгов, то в экономике есть такой простой лозунг: “Не можешь дать денег - дай свободу!”. Наша главная проблема - создание равных возможностей. Для людей, для предприятий, для городов. Вот вам самый простой лозунг - равенство возможностей. Это - цель. А если это цель, то я должен ответить на вопрос: кто главный противник этой цели? Вот я и отвечаю: главный противник - чиновничий, номенклатурный, олигархический, приятельский - какая разница? - капитализм. Это реальный противник, это выбор, который нам предстоит. К коммунизму мы не вернемся, его не будет больше. А есть выбор между развитием и между - “оставим все, как есть”. А есть - чиновник, который напрямую занимается бизнесом, напрямую занимается политикой.

- Сергей Владиленович, любители математики посчитали, что заявленный средний доход на человека в списке СПС в два раза меньше, чем у коммунистов, и вчетверо - чем у ОВРага. Возникает вопрос: если вы - такие правые, то почему вы - такие бедные?

- Не знаю, с чего коммунисты у нас стали такие богатые. Но это хорошо, я за них очень рад. Потому что на словах можно говорить, что угодно, защищать сирых и убогих, но при этом делать все, что хочешь. Интересная штука - старая система, в которой коммунистов было большинство, работает по традиции. В свое время не хватало итальянских сапог и копченой колбасы и были соответствующие распределители. То же самое сегодня. Только распределяются не сапоги и колбасы, а возможности. Они есть, но они распределяются чиновниками. А это огромные доходы. Коммунисты, которые являются ярыми противниками предпринимательства и бизнеса, финансируются из этих же источников. Так что давайте не будем заглядывать в чужой карман, а просто за них порадуемся. А что касается меня, то я не считаю себя бедным.

- После выборов Союз правых сил станет партией?

- Я думаю, что это произойдет. Обязательно станет.

ИГРЫ С МОЛОДЫМИ

- В своей избирательной кампании вы с завидной частотой говорите о том, что Союз правых сил делает ставку на образованную молодежь. Между тем вся страна видела кадры, показанные по ОРТ с петербургской акции “Ты прав!”. Вы действительно полагаете, что образованная молодежь ходит на подобного рода “тусняки”?

- А почему - нет? Кто вам сказал, что образованная молодежь не ходит на концерты группы “Чайф”? А куда она ходит? Только на концерты классической музыки? Вы серьезно так думаете? Обратите внимание: есть программа “Золотой кадровый резерв”, которая очень содержательна, но не интересна зрелищно. В Хабаровске она будет в ноябре, а во Владивостоке я сейчас вручал дипломы победителям - великолепные ребята: управленцы, экономисты, госслужащие, предприниматели. Это серьезный долгий конкурс. Конкурс “Золушка”, или “Культурные герои” - это тоже не концерт группы “Чайф”. Но и здесь реализуется большое количество интересов молодежи.

Для кого-то это нормальный вид отдыха - концерт, который происходит на стадионе. Я считаю, что это нормально. Это не предвыборная программа, но давайте думать, что мы на этих выборах выбираем будущее. И вот для этих ребят в том числе. Зачем говорить, кто из них лучше, а кто хуже? Мы проводили в Москве в рамках предвыборной кампании акцию преодоления страха. Все, что у нас происходит - это депрессия. Типичная депрессия, когда человек не видит будущего и всего боится. Мы планировали, что будет три-четыре тысячи наших сторонников. А собралось на площади Маяковского двадцать тысяч. Пришла молодежь. Те самые шестнадцати - восемнадцатилетние. Я не знаю, кто из них будет голосовать, кто не будет. Но страх всем преодолевать придется. И был один момент, когда ведущий должен был объявить минуту молчания (как раз был месяц со дня взрыва в Москве). Двадцать тысяч веселящейся, бодрящейся молодежи. У меня у самого возник страх, что они не замолчат.

Они же у нас - ужасные, страшные. Им бы только “секс, пиво, рок-н-ролл”, и все. Ничего больше не надо, ничего святого за душой. И вот ведущий объявляет минуту молчания. Вы не представляете это ощущение - 20 тысяч замолчали. Просто: раз - и тишина. Зажигалки горели, свечи горели, а двадцать тысяч молчало в минуте молчания. Той самой потерянной, заброшенной молодежи.

Это наша молодежь. На-ша! И мы ее никому отдавать не можем. Кому ее оставлять? Баркашову?

- Среди партсайтов в Интернете web СПС отличается крайней несерьезностью оформления: он выдержан в футбольно-болельщицкой тематике - капитан, форварды, пас направо, игра головой и тому подобная рубрикация. Зачем блоку, претендующему на звание серьезной политической силы, эдакий кавээновский юморок в Интернете?

- Вы знаете, я уж точно не вмешиваюсь в оформление сайта. Пусть это делают профессионалы. А Интернет, действительно, важен. Как возможность общения. Потому что он позволяет соединить людей в нашей стране, при огромных расстояниях и плохой системе связи. Для меня это - единственная возможность в режиме реального времени обменяться точкой зрения с человеком, живущим во Владивостоке, Хабаровске, в Иваново, не знаю, где еще. Это такая вещь, где свободу заткнуть нельзя, демократию закрыть нельзя.

Специалисты говорят, что то, что происходит в Интернете, с паузой в три - пять лет произойдет в обществе. Мне нравится то, что происходит в Интернете - вы знаете, что там мы выигрываем все выборы. Так что ничего: подождем три года.

ТОЧКА РОСТА

- Вы говорите о равенстве возможностей, но в этом смысле Дальний Восток менее равен, чем другие регионы. Есть ли у нас точки роста?

- Когда я приезжаю на Дальний Восток - тяжело, далеко, огромные тарифы за перевозки, за электроэнергию - есть ощущение оторванности от России. Но при этом - вот как, когда зима заканчивается, весна начинается: грязь, слякоть - но есть ощущение будущего подъема.

Я абсолютно убежден, что Дальний Восток - это точка роста для всей России. Этот рост, конечно, зависит от того, какой путь мы выберем 19 декабря. Если это будет модель изоляции России - закрыть границы, нам никто не нужен, сами проживем за счет внутреннего рынка, - тогда я не вижу перспективы для Дальнего Востока. Потому что производить здесь товары и поставлять их в Ростов, в Москву или в Санкт-Петербург - глупо и бессмысленно. Слишком дорого, слишком далеко. Тогда люди отсюда будут уезжать, и мы будем терять дальневосточные регионы.

А вот если ставить целью развитие и открытое конкурирование в мире, в этом случае Дальний Восток - точка роста. Потому что в начинающемся третьем тысячелетии центр мирового развития смещается в Азиатско-Тихоокеанский регион. В Европе - пределы роста, развиваться будет Юго-Восточная Азия. Финансовый кризис здесь закончился, начинается подъем. У них есть все ресурсы, кроме топливно-энергетических. И им больше прийти некуда, они придут сюда - на Дальний Восток.

Но тогда возникает вопрос: как мы к этому готовы? Или мы превращаемся в бананово-топливную республику, из которой берут сырье, или мы обеспечиваем переработку, вытаскиваем сюда инвестиции, а туда поставляем электроэнергию, сжиженный газ, продукты нефтепереработки. Ставим здесь энергоемкие производства, поставляем продукцию на Китай, на Корею, на Японию. На Юго-Восточную Азию в целом. Потенциал - колоссальный. Причем, что самое главное: именно здесь должен действовать принцип, о котором я уже говорил: не можешь дать денег - дай свободу. Так всегда росла Россия. Давайте вспомним отмену крепостного права, когда экономика России возросла в три раза за год. Или - период НЭПа, в советское время. Снимали ограничения - получали рост. Посмотрите на леспромхозы в Хабаровском крае. Никто не давал им дотаций, но сняли ограничения, которые существовали из-за завышенного курса рубля. После августа прошлого года они пошли в рост.

Золотодобывающая промышленность: никто не давал туда ни копейки. Но в советские времена они добывали восемь тонн в год, а сейчас двенадцать тонн в Хабаровском крае. Что сделали? Мы просто в свое время приняли решение правительства: разрешить коммерческим банкам покупать золото. То есть она была ограничена только покупкой государства, а у государства не было денег. И все останавливалось.

Вот тут самое оно. Снять ограничения с точки зрения транспортировки, по деятельности портов (а это возможности транзита), создать нормальные условия по соглашению о разделе продукции для привлечения инвестиций в добычу природных ресурсов.

Снять ограничения - это не только государственные препоны. Это та же дорога на Ванинский порт или Амурский мост. Я считаю, что это умные и прагматичные действия руководства у вас. Это вклад в развитие транспортной инфраструктуры. Даже при том, что она сегодня не окупается. Но это время обязательно придет.

Сергей Мингазов

Источник: Молодой Дальневосточник