Убиение младенцев

Мифическая Медея, гетевская Гретхен, булгаковско-дантевская Фрида - имена матерей-детоубийц, воспетых поэтами, общеизвестны. Не знаю, что уж там нашли поэтического в убиении младенцев признанные гении человечества, но реалии наших дней в этом плане ничем не хуже лет давно минувших. Правда, поэзии в хронике современного детоубийства маловато.

ДЕТСКИЙ НЕОПОЗНАННЫЙ ТРУПИК

“Неопознанный труп новорожденного младенца” - так называют на языке милицейских протоколов и прокурорских отчетов страшные находки, с завидной периодичностью обнаруживаемые в самых неприглядных местах - в мусорных контейнерах, на городских свалках и даже… на кладбище.

Январь 99-го. На свалке в окрестностях Чегдомына обнаружен труп новорожденного мальчика. Малыш был завернут в окровавленную кофту, в которой его и принесли на свалку.

Январь того же года. В мусорном контейнере в Березовке найден труп только что рожденного ребенка. Девочка.

Февраль. В 29-м секторе городского кладбища Хабаровска найден труп новорожденной малышки. Внешние признаки тельца мертвого младенца свидетельствуют о том, что он был рожден недоношенным.

Сентябрь. В Комсомольске-на-Амуре, в мусорном контейнере рядом с домом № 95 по улице Вокзальной найден труп младенца. Эта девочка увидела свет, но на слишком маленький срок.

У этих криминальных событий нет своего хроникера. Я просто навскидку выбираю те случаи обнаружения трупов новорожденных, которые есть на моей памяти. Лучше бы их не было. Маленькие человечки, не успевшие даже получить имени, с первых и сразу же последних минут своей кратчайшей жизни становятся героями милицейских сводок.

По факту обнаружения детского трупика проводится проверка. Иногда, очень редко, результатом этой проверки становится возбуждение уголовного дела. УК, наверное, вслед за вышеназванными поэтами, щадит матерей-убийц новорожденных. Для них даже предусмотрена особая статья.

МАМА С УКа

Если просто убийц судят по ст. 105, то для рожениц, поднявших руку (а зачастую и не поднимавших ее) на собственное чадо, - отдельный пункт Уголовного кодекса Российской Федерации. Щадящий, простите за выражение. Убийцам по “сто пятой” “светит” от шести до пятнадцати, а в случае “отягчающих” - вплоть до смертной казни или пожизненного лишения свободы. А маме-чадоубийце, если ее вина при современном уровне следствия и суда будет доказана, - всего “до пяти лет”. “До пяти” - а значит, и меньше того… Уж не знаю, кого начитались наши законодатели - Гете или Вергилия, но к детоубийцам они относятся не менее поэтически.

У ст. 106 УК РФ - “Убийство матерью новорожденного ребенка” - какая-то страшная, запредельная логика: сам факт убийства во время родов или сразу же после них признается неким смягчающим обстоятельством. Особенно “умиляет” ссылка на “условия психотравмирующей ситуации”. Не знаю уж, для какой страны писался наш УК, но я лично не помню, когда в последний раз находился вне этих самых “условий психотравмирующей ситуации”. Следовательно, любой адвокат может доказать наличие такой ситуации.

Вариантов тьма. Ребенок родился после августовского дефолта, после ухода любимого человека, после увольнения с последнего места работы - мало ли от чего человек может получить травму психики. Вот и выходит, что убиение младенцев - менее тяжкое преступление, чем убийство более взрослой особи человеческого рода.

Тут можно было бы привести статистику приговоров по ст. 106 - но, увы, то ли никто не следит за показателями детоубийства по стране, то ли такие приговоры большая редкость (второе - скорее всего), но ужасной цифирью я читателя не попугаю. Тем более что из бесед с опытными прокурорскими работниками и медиками выясняется, что усадить современных Гретхен на скамью подсудимых не так-то просто.

НЮАНСЫ КРИМИНАЛЬНЫХ РОДОВ

Во-первых, чтобы посадить детоубийцу, надо ее найти. Сам факт обнаружения детского трупика где-нибудь возле городского водозабора еще ничего не значит. Кроме одного - оперативники начнут “отрабатывать” ближайший жилмассив и окрестные женские консультации на предмет выявления беременных личностей, которые тем или иным образом пытались скрыть свое “интересное положение” от посторонних глаз и медицинского наблюдения. Гарантий, что в этом случае, извините за выражение, трупоотправитель обнаружится, минимум.

Криминальные роды происходят не в больницах, и “скорые” не спешат в этом случае к роженицам для акушерской помощи. Все происходит вдали от лишних глаз и ушей, а о происходящем если кто и знает, то очень ограниченный круг лиц. Хорошо еще, если такая родительница “засветилась” на ранних сроках беременности в соответствующих медицинских заведениях, а если нет, то и суда - нет. Дело по факту обнаружения детского неопознанного трупа превратится в “висяк”. И только.

Впрочем, это не значит, что криминальных рожениц не удается найти. Иногда их находят даже спустя год-полтора. Помните, в начале второй половины девяностых годов Хабаровск прославился на всю страну? Тогда в мусоропроводе одного из многоэтажных домов в холода был совершенно случайно найден только что появившийся на свет пацан. Мамашу, выбросившую результат своей детопродуктивной активности на верную гибель, спустя много месяцев все-таки нашли.

В майскую ночь 98-го на берег Амура недалеко от утеса вынесло трупик новорожденного ребенка с пуповиной и плацентой. Через несколько дней оперативные работники Центрального райотдела милиции Хабаровска после массированной проверки консультаций задержали 25-летнюю безработную женщину, а судмедэксперты тем временем установили, что малютке не перевязали пуповину и он не успел сделать ни одного вздоха.

Кстати, вот вам и еще один нюанс. Попробуй-ка докажи, был ли в таком случае преступный умысел на убийство, или смерть малыша стала результатом трагического несчастного случая, после которого обезумевшая от горя мать выбросила тельце ребенка в реку.

Я не силен в медицине, но специалисты пояснили, что доказательством - был ли младенец живорожденным или мертворожденным, служит факт раскрытия-нераскрытия легких у младенца. То есть все решает первый вздох. А вот для того, чтобы убить родившегося человека, многих усилий не нужно. Та же неперерезанная пуповина с плацентой может привести к некрозу и смерти. И сам факт убийства младенца окажется недоказуемым, умер - и все. А похоронили в мусорном контейнере.

МЛАДЕНЕЦ В ПОМОЙНОМ ВЕДРЕ

Подробности событий, произошедших в середине сентября в одной из муниципальных больниц Хабаровска, сейчас выясняет следствие. В интересах следствия и правосудия мы не будем сейчас называть ни имен, ни места, где все произошло. Но со слов очевидцев расскажем об этом.

13 сентября городская больница приняла молодую пациентку. Ее госпитализировали с предварительным диагнозом - острая непроходимость кишечника. Но больная не стала дожидаться проведения соответствующих лечебных мероприятий и, воспользовавшись некоторой свободой действий, отлучилась… в туалет.

А через некоторое время в отделении раздался детский крик. Где кричит младенец, не мог понять никто, да и откуда, сами подумайте, взяться грудничку во взрослом больничном отделении?

Вместе с тем крики ребенка не были массовой слуховой галлюцинацией, посетившей медицинский персонал и обитателей больничных палат, - ребенок, действительно, был. Его обнаружили в помойном туалетном ведре. Маленького, недоношенного, вопящего на весь свет о своем появлении в столь неподходящем месте. Ребенка накрыли пеленкой, чтобы не было видно. В это же время у той молодой пациентки, что “страдала” непроходимостью кишечника (или совести?), обнаружилось сильное кровотечение. Связать факты не составляет труда.

Ребенка (дай Бог ему выжить!) отправили по назначению, а пациентку - в гинекологическое отделение. Уже на следующий день больницу посетили сотрудники правоохранительных органов. “Не виноватая я, и ребенок не мой”, - упорно твердила героиня событий. Удастся ли доказать обратное - покажет время и следствие. Хорошо уже то, что в ведре в туалете нашли не детский неопознанный труп, а проявившего изрядное желание жить младенца. Вопреки желанию женщины, произведшей его на свет.

АБОРТ НРАВСТВЕННОСТИ

“Аборт - узаконенное детоубийство. Гормональные и спирали - это убийство уже зачатого младенца”, - вопят расклеенными по городу плакатами неизвестные “отморозки” от клерикализма. “Надо запретить аборты”, - вещает накануне выборов лидер парламентской фракции Госдумы Владимир Жириновский. Количество младенцев, найденных в мусорных ведрах и на свалках, их не интересует, детские трупики - не электорат и не паства.

По данным Хабаровской краевой ассоциации “Планирование семьи” и молодежного социального медико-педагогического центра, в 1998 году в Хабаровске произведено 6000 прерываний беременности, а соотношение родов к абортам составляет сто к двумстам тридцати семи.

Вас пугает статистика абортов? А представьте себе на минуту, что закон запретил аборт. Сколько из шести тысяч нерожденных оказались бы тогда в мусорных контейнерах?

Можете со мной не соглашаться, но аборт - это сознательный и, если хотите, нравственный выбор женщины, знающей, что она не может по тем или иным причинам взять на себя ответственность за другую человеческую жизнь. И право на аборт - это ее право.

Криминальные же роды - безнравственны по своей природе. И дело даже не в том, что рожать в помойное ведро - это плохо и уголовно наказуемо. Дело в том, что страна, где матери рожают именно так, - мертвая страна. Страна неопознанных детских трупиков.

И вопить нужно не о запрете абортов, а о том аборте нравственности, который сделало себе население этой страны, пополняющее помойки убитыми младенцами.

Еще одна цифра - 13,5 процента молодого поколения Хабаровского края задумываются о рождении желанных и здоровых детей в оптимально удобное время. 96,5 - не задумываются?

Если так, то появление нежеланных детей в неудобное время - запрограммировано. Убиение младенцев продолжается?

БУДУЩЕЕ ЕСТЬ?

И все-таки есть повод для оптимизма. Сегодня на наших глазах крепнет и ширится движение прямо противоположное криминальным родам - движение за сознательное родительство. И пусть движение это относительно молодое, но ряды его ширятся. Зрелые люди объединяются для того, чтобы сознательно совершить тот ответственный шаг, который называется рождением человека, и воспитывать этого человека в любви и согласии. Таких объединений становится с каждым годом все больше. Но это уже тема для отдельного разговора.

Сергей Мингазов

Источник: Молодой Дальневосточник