У деда - дом

Коммунистов не переспоришь. И не убедишь ни в чем. Им лишь бы красными флагами махать и вопить про “антинародный режим”. А то, можно подумать, их хваленый режим был народный! 20 миллионов в лагерях сгноили, еще 20 на войне угробили (пять убитых русских на одного немца - о чем-то, да говорит), всех нормальных крестьян под корень извели… Но оттого, наверное, что подобные масштабы человеческий разум охватить не в силах, как-то эти цифры не потрясают. Можно пожалеть двух убитых, можно ужаснуться, услышав про десять убитых, но 20 миллионов - это нечто запредельное. Кстати, с художественными произведениями происходит то же самое: “Один день Ивана Денисовича” потому произвел неизгладимое впечатление, что там был изображен только один день одного ничем не примечательного заключенного. Причем рассказывалась история без надрыва и даже как бы с юмором, вроде про нормальную жизнь шла речь - вот в чем ужас. А фундаментальный “Архипелаг ГУЛАГ” потрясает меньше: всю информацию и все страсти, содержащиеся в нем, мозг усваивать отказывается.

Однако Иван Денисович и “Архипелаг” - уже в прошлом, уже далеко. Еще не “Записки из мертвого дома”, не девятнадцатый век, но где-то рядом. Почти проехали.

Но вот недавно я открыла сборник хабаровской поэтессы Гали Ключ - совсем свеженький, только-только из печати вышел, - и глаз остановился на восьми строках:

У деда - дом,

У матери - хатка,

У меня - коммуналка,

У дочери - ничего.

У деда - пятеро,

У матери - трое,

У меня - одна,

У дочери - никого.

Ни эмоций, заметьте, ни оценок. Просто убийственная констатация фактов. История семьи в восьми строках. А за нею - семьдесят с лишним безумных лет советской власти, одичавшая разоренная деревня, страшный быт горожан с вечно пьяными соседями, карточками и очередями, пустота и одиночество. Называется - пришли к нулю. А мечтали о светлом будущем, братстве и равенстве…

Поэтам иногда удается выразить суть. Обозначить несколькими словами то, что теряется в полемических статьях, длинных научных монографиях и многотомных романах.

Если бы я была кандидатом в депутаты от какой-нибудь демократической партии, то начинала бы свои выступления именно с этих восьми строк. Поскольку убедительно, емко и неоспоримо. С чем тут, в самом деле, поспоришь? А потом говорила бы, что все-таки мы еще живые люди, поэтому от социалистического нуля нужно держаться подальше. Когда никого и ничего - это уже похоже на кладбище. Бежать оттуда, пока не поздно! Пусть дикий капитализм, пусть небратство и неравенство, пусть отстали от цивилизованных стран на двести лет (а по Льву Гумилеву - так на пятьсот), но плохое бытие все равно лучше сносного небытия. Нужно подниматься хотя бы к единице. Нужно догонять. А то наши кандидаты бормочут свои “отнюдь”, и никто ничего не понимает.

Галя Ключ, я думаю, сильно удивится, когда узнает, что в ее маленькой эпопее, вместившей жизнь четырех поколений, можно усмотреть некую антикоммунистическую пропаганду. Что ж, у нее есть еще одно замечательное стихотворение про “Одинокую грушу, висящую на дереве цели”. Для того, наверное, одинокая груша и висит на том дереве, чтоб случайным прохожим, то бишь читателям, глядя на нее, приходили в голову разные странные мысли. В том числе и эпохальные.

Александра Николашина

Источник: Молодой Дальневосточник