“На войне считалка одна: ты или я…”

Во вторник в военно-историческом музее ДВО состоялось открытие новой экспозиции, документы которой возвращают нас к афганским событиям и чеченской войне.

Екатерина Комаровская, младший научный сотрудник музея, готовила к открытию этот зал, как бы прощаясь с Хабаровском: жена военного, она отправляется вслед за ним к новому месту службы. И увольнение уже подписано, и билет на субботний рейс в кармане… Но не могла уехать, бросив собранные архивы в запасниках или передать доверенные ей лично документы в чужие руки.

Еще на открытии “Черного тюльпана” - памятника, посмертно “объединившего” павших в мирное время на полях необъявленных войн, Комаровская вместе с афганцами и краевым комитетом солдатских матерей решили, что и в музейных стенах должны быть увековечены имена наших земляков. И как бы это не нравилось некоторым чиновникам, советовавшим рабочей группе остановиться на Афганистане и “особенно не выпячивать чеченскую тему” (!), но зал открылся именно таким, каким, по мнению команды Комаровской, хотели бы его видеть солдатские матери и друзья погибших ребят.

Кстати, всю черновую работу по монтажу экспозиции на чистом энтузиазме сделали Олег Масленников и Виктор Топор - оба военные, у одного из них - Афган за плечами. Средств на создание зала как-то никто не предусмотрел, хотя разговоров было много и обещаний спонсорства, но да Бог с ними, сами справились.

“Война обесценила человеческие жизни, смерть одного - трагедия для близких, для остальных - это просто статистика”, - прав командир, написавший эти горькие слова родителям погибшего в Чечне морпеха Жени Непрокина, выпускника хабаровской 24-й школы. Но права и Комаровская, оставившая этот справедливый упрек нашей короткой памяти “за кадром” экспозиции: такой “склероз” не в музеях лечится, если лечится вообще.

…Совсем еще мальчишки. Андрей Нестеров - не вернулся из первого боя 1 февраля 1995 года. Через полтора года в Ростовском морге на колесах его наконец нашла мать. “Он увлекался компьютером, тяжелым роком…” Олег Москвин, будущий биолог-охотовед, - погиб в Мулино от взрыва гранаты на учениях. “Со мной все будет нормально, мамочка, ты только не плачь…” - его единственное письмо из армии, пришло уже после груза 200. Старший лейтенант Андрей Таранец - подорвался на мине в феврале 1995 года, вынося раненых из-под обстрела. Этой весной ему исполнилось бы только 30. Саша Лушкин - погиб в районе Минутки в Грозном, от прямого попадания гранаты в грудь. Он как бы про себя тогда в Чечне написал, и в музее есть этот оригинал: “Страшная штука-война, Очень коварна она. На ней считалка одна: Ты или я…”

Нет, все они - не просто статистика.

Ирина Панина

Этот снимок привезла из одной из своих семи командировок на Чеченскую войну председатель краевого комитета солдатских матерей Валентина Решеткина. “Маринке от Алексея. Помни”. Но впопыхах парень забыл оставить свой адрес. Жив ли?

Источник: Молодой Дальневосточник