Свидетельские наказания. Свидетельствовать в наших судах часто опасно для жизни

Мы так увлеклись “стройкой века” - созданием правового государства, что в пылу борьбы за торжество справедливости и равенство всех перед законом, кажется, “догуманизировались” до абсурда. Я даже не про отмену смертной казни, пусть живут. Только вот почему надо пожизненно исправлять разных уродов, и на мои налоги в том числе? Не верю я в эту “эру милосердия”: горбатого, простите, могила исправит, а вор должен

сидеть в тюрьме! В результате же разных реформ в области права любой завалящий зек в нашей стране сегодня

гораздо лучше защищен, чем законопослушный свидетель по делу. Он обязан “говорить правду, только правду и ничего, кроме правды”, а вот если наедут на него разные отморозки, то со своими проблемами он останется один на один.

ПРОСТИТЕ, но у нас не Америка, - это мне говорили некоторые продвинутые адвокаты. Мол, государственная программа защиты свидетелей - прихоть и, если хотите, привилегия обеспеченных стран. Разве мы в состоянии себе позволить такие траты, чтобы ради спасения ключевого свидетеля, после дачи им в зале суда показаний, обеспечить ему полный пансион? Сменить фамилию, биографию, если надо - внешность и переселить его, чтобы с Интерполом не нашли… Что за фантазии?

Сегодня очень многим выгодно, чтобы ничего в свидетельской защите не менялось. Сама же адвокатская братия и признается: “провисшего” свидетеля легче если не запугать, так купить. И делу - конец. Хотя законодательная база (оставим в покое дорогостоящие проекты) для охраны свидетелей в РФ создана: специальными статьями оговаривается уголовная ответственность за принуждение к лжесвидетельству, за запугивание и давление. Но не работает “служба спасения”.

Юрий Кулешов, заведующий кафедрой уголовного права и криминологии Академии экономики и права, в последние годы активно исследующий проблему преступлений против правосудия, привез на днях из Минюста любопытную статистику. Оказывается, за последние пять лет в России по интересующим нас статьям УК было рассмотрено в пользу свидетелей не больше десятка дел. Почему? На его взгляд, есть два объяснения: для ленивых отправителей правосудия до сих пор, оказывается, нет механизма реализации соответствующих статей, для тех же, кто на таких делах уже обжегся, - страх. Что достанут тебя и твоих близких.

На днях в комиссию по правам человека пришло письмо, которое в краевом суде, куда его тоже отправляли, сочли банальным. Так, дамские бредни… А “банальность” заявительницы состояла в том, что та просто просила защитить жену своего сына, на свое несчастье явившуюся свидетельницей убийства двумя наркоманами человека. Суд посчитал поимку одного из них (второй до сих пор в бегах) вполне достаточным для рассмотрения дела и вынес представление для принудительного привода в зал заседания недисциплинированного свидетеля.

Этой процедуре женщину подвергли, приговор вынесли, а на письмо ответили так: в ходе проверки объективных доказательств по факту угроз найдено не было. Понятно, что анонимные звонки к делу не пришьешь. И замеченное “наружное наблюдение”. А скажешь кому - пальцем у виска покрутят: точно, подруга, у тебя мания преследования.

Между прочим, второй убивец-то до сих пор на свободе.

КОНЕЧНО, “накрутить” себя может каждый. К примеру, когда в Некрасовке взяли убийцу двух сотрудников ГАИ, которого по разным хатам, не вывозя из Хабаровска, скрывали его приятели, то оказалось, что делали они это вовсе не “по понятиям”, а чисто из страха. Только одному стало “западло” снабжать его деньгами, оружием и краской для волос - конспирацию мужик соблюдал, а все остальные “ссучились”: как только услышали про пистолет и гранату и что терять тому нечего, так и онемели от ужаса. Чем, кстати, и объясняли потом следствию свое недоносительство.

Когда полтора года назад в зале краевого суда шли слушания по делу о двойном покушении на жизнь сотрудников милиции, включая и зверское убийство участкового Владимира Тафатулина (“МД” писал об этом процессе), то меня больше всего поразили даже не восемь лет приговора с принудительным лечением в зоне (убийца была наркозависимой). И даже не грязь, которой обливали Володю свидетельницы “пострадавшей” - соседки по “шанхаю”, а вызванный для дачи показаний семиклассник. Этот мальчик видел, как из подъезда их дома, вся в крови и с молотком в руках, выскочила молодая пьянь, уселась на заднее кресло такси и преспокойно отъехала. Именно этот мальчик разыскал своего участкового, описал опергруппе внешний портрет пары, показал место, куда было выброшено орудие убийства. Помог, как говорят юристы, доказать первый эпизод.

В зале суда его присутствие было необходимо, но требовалось согласие родителей. Они пришли с мамой, школьной литераторшей. И я видела, какими взглядами провожала их вся гоп-компания.

Может быть, так и надо воспитывать наших мальчиков, чтобы однажды, столкнувшись с чернухой и переборов страх, у них не возникало бы искушения прогибаться перед урками? Только для начала таких мальчиков вырастить надо.

ИСТОРИЯ в Белогорске Амурской области, о которой я хочу рассказать, началась с обычного дела о злостном хулиганстве: молодую учительницу средь бела дня и при стечении народа избил в центре города местный авторитет. Пятикратно судимый Шура Измайлов. Его взяли под стражу, но дело зависло - три доследования, и никакого результата. Если не считать, что свидетельствовать против Измайлова в суде, кроме самой учительницы, оказалось некому. Всех запугали и круто взялись за потерпевшую, подключили “агентов влияния” (качков), ночные звонки, письма с угрозами похитить сына.

Заседаний по делу было несколько, и милиции пришлось брать под охрану не только главное лицо процесса, но и ее сына, и детей судьи - нынешнего начальника юридической службы краевой администрации Михаила Слепцова. Как потом выяснилось, руководила “бригадой” родная сестра авторитета - коллега свидетельницы по работе, тоже учитель. Все угрозы удалось записать, приобщить к делу, голос идентифицировать, и даму прямо в зале суда взяли под стражу. Как и двух “шестерок”, давших под присягой ложные показания.

Вывод? Без поддержки юристов-профессионалов с давлением криминала справиться сложно.

Еще пример приведу в подтверждение. В Индустриальном суде, после печально известного криминального поджога, в результате которого были повреждены 143 уголовных дела, к прочим проблемам вдруг добавилась еще одна. Отказались выходить на процесс по убийствам и прочим тяжким статьям сразу несколько народных заседательниц. Как выяснилось, накануне устроенного пожара в суде был закончен процесс по делу о бытовой поножовщине, со смертельным исходом, виновный получил десять лет. Не успел он еще уйти по этапу из Хабаровского СИЗО, как единственная из давших на суде вразумительные показания свидетельница исчезла и была чуть позже обнаружена расчлененной. Ее кисть подбросили в мусорный контейнер неподалеку от здания суда. И хотя никто из следователей не мог подтвердить четкого умысла оказать тем самым давление на суд, как, впрочем, и доказать факт расправы над свидетелем (убийцу не нашли), заседательницы приняли этот знак на свой собственный счет, придя к председателю суда с вопросом: “Мы с вами, наверное, будем следующими?..”

Конечно, можно было бы отшутиться или всех женщин скопом, ради профилактики, чтобы паники не создавали, сводить на Кубяка, благо рядом. Но со страхом здесь поборолись иначе: охрану в зале суда усилили, участковых настроили на контакт, а все восстановленные в рекордные сроки дела рассмотрели без затяжки. Как рассказывают, переиграли криминал профессионально.

Извините, возразят мне, давайте информацию к размышлению посвежее. Что толку сравнивать “подвиги” недавних дней с нашим новым русским временем: иные нравы - иные деньги - иные возможности.

Соглашусь, пожалуй, если в ранг “подковерных” попадают дела, судьбу которых определяет взамен телефонного права, к примеру, рука Москвы. Есть такой печальный прецедент в производстве краевой прокуратуры. Были абсолютно доказаны хищения бюджетных средств одним из руководителей федеральной структуры, казалось бы - бери материалы и через суд давай оценку местному финансовому гению. Но как быть с тем, что следствие не дождалось помощи от его подчиненных, которые (куда денешься?) продолжают трудиться под началом угодного столице “финансиста”? Кому же хочется быть выброшенным на улицу?

Не потому ли у нас сегодня в таком дефиците раскрытые громкие дела? И чего удивляться, что “упертых” профессионалов среди силовиков с каждым годом все меньше?

Лидия Дьяконова, старший помощник прокурора края, заведующая в этом ведомстве, пожалуй, самым крутым отделом (оргпреступность, бандформирования, заказные убийства), такому торможению дел уже не удивляется. Обидно, конечно, и жалко сил, но… работать надо. И за других, порой.

Вот недавно, чтобы не сорвать очередное (после ряда переносов) заседание краевого суда следователям Дьяконовой пришлось лично обеспечивать явку свидетелей да еще и обеспечивать их защиту. А перед этим все выходные - убеждать людей, что ведь засадить гада надо, и надолго, чтобы запомнил, как в женщин стрелять.

Дело в том, что уже по завершении следствия в прокуратуре стало известно, что “стрелок” наладил из СИЗО связь со своими друганами, причем инструктировал их весьма профессионально. Уроженец Горного (это под Солнечным) какое-то время обретался в краевом центре, подрабатывая по квартирам “продажей” даров тайги. Народ у нас доверчивый, чужое горе редко кого учит, чем парень неплохо пользовался. Звонил в дверь, предлагал купить с рук домашнее варенье, папоротник - со скидкой; понятно, его спокойно впускали…

А на одной квартире он-таки засветился, убив из пистолета хозяйку дома и ранив ее подругу. Слава Богу, женщина выжила и вначале дала полные показания, сумела описать преступника в деталях. А потом, как говорят, ушла “в отказ”.

Когда стали вникать, в чем причина, выяснили: были угрозы. Установили, от кого они исходили. Удалось перехватить и переписку из СИЗО, в которой подследственный прямым текстом склонял к лжесвидетельству мать, свою поселковую братву, даже диктовал, как именно получить ему алиби, что в тот злополучный день он не варенье в Хабаровске по квартирам трелевал, а вовсе даже на дискотеке в Горном тусовался.

КТО ИЗ ПРОФЕССИОНАЛОВ сталкивался с делами “авторитетов” или доводил до суда расследования по уголовным сообществам, подтвердит, что редкое из них доходит до суда без отправки на доследование. Если поверить Юрию Кулешову, на чье мнение я уже ссылалась, все дело даже не в том, что законы не работают, что якобы их недостаточно, а у государства на очередную защитную программу средств не хватает. В каждом уважаемом себя силовом ведомстве уже созданы службы собственной безопасности, себя, родных, защищают, не только, между прочим, от предателей в собственных рядах. Было бы у страны желание, нашли бы, как в рамках таких структур свидетелей оберегать.

Но это - к слову. Так вот, по мнению Юрия Ивановича, причина системного “прогиба” перед криминалом в том, что наш судебный корпус, который, увы, в основном достался нам от “совка”, получив финансовую устойчивость и формальную независимость от всяческого начальства, не обрел независимости настоящей, в том числе и внутренней. Есть в этом что-то безысходное, как будто всех нас приговорили к сорока годам “исправработ” - бродить по пустыне вслед за Моисеем.

Ирина Полникова

Источник: Молодой Дальневосточник